Пан Валентин Петрович (Пан Чан Сон, 반찬송), военный разведчик, помощник министра иностранных дел КНДР

Пан Чан Сон родился в августе 1922 года в г. НикольскУссурийский в семье корейского крестьянина, переселившегося на российский Дальний Восток. При православном крещении был наречён именем Валентин а отчество ему дали Петрович. Поэтому в русскоязычных источниках, да и в официальных документах используется русское имя. Хотя, забегая вперёд, раскроем, что в прошлом у него был оперативный псевдоним – Илес Курмангалиев, известный только узкому кругу сотрудников советских спецслужб и военной разведки. По всей видимости, фамилия и имя башкирские, но могли быть и казахскими.

На Дальнем Востоке Пан Чан Сон (Валентин Пан) окончил начальную и среднюю школу. 1937 году был депортирован с родителями в Казахстан. В 1941 году окончил Казалинское педагогическое училище, которое действовало на базе Никольск-Уссурийского (корейского) педагогического техникума. Поскольку в 1938 году все «нацменовские» школы были ликвидированы, отпала необходимость готовить учителей с национальным языком обучения.

От том, как Валентин Пан оказался в Корее, он пишем в своих письмах «в высокие инстанции»: «Осенью 1941 года во время учёбы в Алма-Атинском педагогическом институте я был приглашён на собеседование в ГК ВЛКСМ. Я дал согласие работать негласно в советской контрразведке. Вскоре состоялась встреча с представителем НКГБ…
В октябре 1942 года в составе 7-8 человек я был направлен в Хабаровск, оттуда в Благовещенск, где был устроен в пединститут студентом под фамилией К. Там я проучился до февраля 1944 года, параллельно проходя подготовку по изучению китайского языка (по инициативе местных органов НКГБ). Затем был переведён в Уссурийск.
Из беседы с представителями местных органов госбезопасности стало известно, что предстоит выполнять сталинское указание по установлению в Корее социалистической республики…
В Уссурийске (в тот период г. Ворошилов), как было общеизвестно, стояла 25-я армия… мы работали на армейскую разведку. В марте и апреле 1944 года наша группа, выполняя задание, два раза переходила границу (в Манчжурии и Корее) и проводила сбор разведывательных данных о военных и гражданских объектах на глубине в 15-20 км.
Оба раза операция прошла благополучно. Во время третьего перехода я получил личное задание установить контакт с кем-либо из местных жителей. При выполнении этого задания я был схвачен местной полицией на станции Аоди. 1 июня 1944 года японским судом в г. Сейсине я был осуждён на 10 лет заключения и был переведён в японскую политическую тюрьму «Золотые ворота» в г. Сеуле…» (Тюрьмы с таким названием в Сеуле не существовало – прим. Г.Н. Кима. )
Но не прошло и года, как в августе 1945 года он был освобождён, как и все другие политические заключённые, из сеульской тюрьмы «Содэмун». (Тюрьма у западных ворот)
Сим Су Чер (Сим Илья Борисович), работавший в Пхеньяне сначала преподавателем русского языка, затем зам. начальника департамента кадров Корейской Народной армии вспомнил: «Встретился с Валентином Паном, с которым я когда-то учился в техникуме. Потом Валентина взяли в разведку. В Корее он был секретарём Пак Хон Ёна (Пак Хонъён.), очень толковый человек, рано вернулся в Советский Союз» (Интервью с Сим Су Чхолем, 17 января 1991, Ташкент).
Пак Хонъён – неординарная личность в истории Кореи первой половины ХХ века, и как тонко подмечает историк Жанна Сон: «В Корейской Народно-демократической Республике Пак Хонъёна не иначе как изменником родины не называют, в Республике Корея (РК) его считают жестким ортодоксом-коммунистом» (Ж.Г. Сон. Пак Хонъён – патриот-демократ (1901–1955) https:// koryo-saram.site/pak-honyonpatriot-demokrat-1901-1955/).
Пан Сергей – второй сын Пана Валентина в телеинтервью упоминает о знакомстве его отца с Пак Хонъеном в Сеульской тюрьме «Содэмун». «Его сокамерником оказался прежде неуловимый подпольщик, лидер южнокорейских коммунистов Пак Хен Нен. При освобождении в августе 1945 года его рекомендации помогли Валентину не попасть под репрессии, более того, эти его партийные связи оказались ценными, и в советском консульстве в г. Сеуле ему поручили осуществлять связь с подпольным ЦК Компартии Кореи, а также выполнять функции разведчика, докладывая сведения о положении в Южной Корее. Валентин Пан стал помощником секретаря ЦК Пак Хен Нена («Что скрывалось за молчанием педагога»: вспоминаем историю, которая в 90-х годах потрясла весь Саткинский район. https:// satka74.ru/news/8694.html). Однако как объяснить явную неувязку в том, что Пак Хон Ёнг находился в заключении в 1934-1939 годах, а Пан Валентин в 1944-1945 гг.

Владислав Вериго – корреспондент челябинской газеты «МК-Урал» со слов Сергея Пана в очерке «Чосон сорён – советский кореец» написал: «Валентин Пан работал в 1945- 1946 годах с Пак Хен Неном в Южной Корее на нелегальном положении. В конце 1946 года было принято решение о переезде Пак Хен Нена в Северную Корею. «Вместе с ним переехал и я. Отсюда, из Пхеньяна, Пак Хен Нен и его товарищи продолжали руководить деятельностью коммунистов по ту сторону 38-й параллели. Я продолжал осуществлять связь между Пак Хен Неном и советским командованием, одновременно выполняя задания разведки по Южной Корее (работники разведки даже давали весьма высокую оценку моей работе) – вспоминал Валентин Петрович». (Владислав Вериго. Чосон сорён – советский кореец. «Газеты МК-Урал», г. Челябинск. – http://chel.mk.ru/ articles/2014/05/07/voyna-i-mir-)

Сергей Пан рассказывает, что особенно его отец выделял при воспоминаниях поездку в 1949 году в составе делегации с Ким Ир Сеном и Пак Хен Неном в Москву на встречу со Сталиным в 1949 году, где Валентин Пан был одним из двух переводчиков делегации, но со Сталиным не встречался...»
В свою первую зарубежную поездку Ким Ир Сен в качестве главы КНДР отправился в Москву. Она состоялась в период с 3 по 25 марта 1949 года и в апреле 1950 года (точная дата визита официально не приводилась). По другим данным его визит состоялся в промежутке между 2 февраля – 7 апреля или 3 марта – 7 апреля 1949 года. Тогда в ходе переговоров с советским лидером Иосифом Сталиным обсуждалась возможность начала военных действий между провозглашенными в 1948 году КНДР и Республикой Корея, которая находилась под контролем США (Корейская война началась в июне 1950 года и продолжалась до 1953 года). Также Сталин и Ким Ир Сен рассматривали вопросы всесторонней экономической и военной поддержки КНДР со стороны СССР.
Во время данного визита Ким Ир Сен посетил московский метрополитен, трубецкой бастион Петропавловской крепости, ленинградский Дворец пионеров имени А. А. Жданова, мавзолей Владимира Ленина. Вечером 5 марта состоялась официальная встреча Сталина с «корейской правительственной делегацией». Об этой встрече центральные газеты СССР предельно кратко известили 6 марта, но никаких фото не публиковалось.

10-12 марта Ким Ир Сен вместе со Сталиным присутствовал на V сессии Верховного Совета СССР, в «Огоньке» (№12,1949 г.) об этом событии огромный фоторепортаж, однако о корейском госте – ни слова. Еще одна встреча состоялась 17 марта в даче Сталина в Волынском. По ней фото тоже в открытых источниках нет. Думается, что определенная секретность данных переговоров была связана с нежеланием советской стороны в преддверии начала Корейской войны (1950) как дразнить американцев, так и обнадёживать Ким Ир Сена «слишком большой» дружбой, поскольку Сталин опасался вовлечения СССР в новую войну, которая вполне могла стать ядерной – а в СССР на тот момент ядерного оружия не имелось, первая атомная бомба в стране была испытана лишь в августе 1949 г. Так что освещение мартовского визита товарища Кима в СССР прошло по минимуму. В то же время протокольные фото могли сохраниться в МИДовском архиве в папке, посвященной переговорам 05.03.1949. Вот ее реквизиты: Архив внешней политики России, фонд 059а, опись 5а, дело 3, папка 11, листы 10-20 и др.

Пан Валентин награждён медалями «За доблестный т руд», «В ознаменование 100-летия со дня рождения В.И. Ленина» (1970), «За победу над Японией» (1991).
«После назначения Пак Хен Нена заместителем председателя кабинета министров и министром иностранных дел КНДР, будучи в ранге замминистра иностранных дел КНДР, я решил вернуться на Родину, в Союз, для продолжения учебы в высшей партийной школе. С разрешения органов разведки и генерал-полковника Штыкова (члена Военного Совета, затем Посла СССР в КНДР), я выехал в Союз, – писал в высшие инстанции Валентин Петрович. – Я возвращался по линии разведорганов, но в г. Ворошилове моих документов (паспорт и партбилет) не оказалось на месте...»

Герман КИМ, д.и.н., профессор, директор Института азиатских исследований КазНУ им. аль-Фараби