Один к шести, или как три чашки кукси стали темой для фильма

Его (фильм) ещё не видел никто – это неизвестное. Но неизвестное состоит из шести слагаемых: автора, режиссёра, продюсера, с которыми сейчас мы познакомимся, и трёх женщин-кореянок, которых они снимали. Героини новой документальной картины живут рядом с нами, и желание приложить их судьбу к судьбе зрителей, как прикладывают к кровоточащей ранке лист подорожника, говорит о той степени близости и доверия, на которую вышли авторы нового фильма и его герои.

– Как и почему родилась идея фильма?

Настя Нам, автор идеи фильма:
– Она как будто у всех у нас вызревала, пока мы были в разных точках мира, а потом синхронизировалась (Настя живёт Санкт-Петербург – Алматы, Виктор – Алматы – Сеул, Валентина – Лондон – Алматы). Был какой-то опыт, жизненный, профессиональный. И мы думали, что сможем сказать, какие мысли донести до людей. И придумался вот такой проект.
Я нашла Виктора в instagram, мы созвонились: «Виктор, так и так, есть идея. I need help, we need help, we need you. Понятно, непонятно?» Он меня понял.

Виктор Ким, режиссёр фильма:
– Идея снять историю про корейцев живёт у меня в голове давно. Сквозь поколения, сквозь года, сквозь время – проходит история каждой семьи. И у моей – есть своя история. Когда заново задумался об этом, мне написала Настя. Так родилась идея сделать короткометражный документальный фильм об истории трёх людей.

– Название уже есть?

– Мы назвали его «Семейный рецепт». У каждой семьи есть свой рецепт определенного корейского блюда, например, кукси. Все знают, как его готовить, но у каждой семьи свой способ приготовления, и это хорошо описывает нас, тех, кто переехал когда-то, иммигрировал.

– Валя, что ты увидела в этой идее?
Валентина Пак, продюсер фильма:
– «Семейный рецепт» – очень ёмкое название. Мы не стали настаивать на том, чтобы готовили только кукси. Мы говорили: «Что вам нравится, что вы хотите нам показать, то и готовьте». Документальное кино – это когда ты идёшь и не знаешь. Ты предполагаешь, пишешь сценарий, но что получится и какое блюдо в итоге будет – неизвестно. Нам было важно, чтобы каждый нам доверил свой семейный рецепт.

– Какие блюда готовили ваши героини?
Настя: – Катя Пен готовила курицу в остросладком соусе с овощами, не совсем по-тайски, но очень приближенно.

Валентина: – Виктор сказал, что не любит овощи. А когда Катя приготовила курицу с кабачками, Виктор просто за обе щеки уминал! Все смеёмся. «Голодный был просто», – вставляет Виктор.

– Какие следующие блюда?
Виктор: – Потом сиряги тямури и кукси. Кукси, потому что это всё-таки блюдо, которое определяет целую нацию. Как бешпармак у казахов.
– А кукси готовила?..

Настя: – Маргарита Нам, ей около 65 лет. Сиряги тямури готовила 99-летняя баба Роза (Роза Лим).

Валентина: – Было очень интересно, потому что когда Маргарита готовила кукси, каждый раз кто-то говорил: «А у нас кукси готовят вот так, а у нас вот это...» Вплоть до того, что куксимури так наливают и т.д. И здесь ты себя чувствуешь очень корейцем, потому что у каждого свой рецепт и вкус.

Виктор: – Мы снимали один день из жизни героинь, просто чтобы больше рассказать о них. Хотелось показать настоящих людей с их историей. И готовка блюд – это подкрепление к нарративу, это некая сквозная линия. Очень сложно иногда было подобрать правильный ракурс, потому что когда приезжаешь домой к людям, есть ограничения в пространстве, ограничения по свету. А нам хотелось снять более художественно. Тёплую камерную историю.

– Вы расписываете сцены, надеетесь, что герои будут делать это, расскажут вам о том-то. Всё это случилось?

Настя: – Случилось даже больше. Были предварительные интервью, на которых мы задавали только часть вопросов, чтобы самые, наверное, душещипательные, оставить на основную запись. Мы были готовы, что сценарий может поменяться во время съемок. Собственно, это и произошло. Позвонила Виктору, говорю: «Ты понимаешь, что вот так и так, и надо поменять как будто...» А Виктор сидел. У него был очередной творческий...

Виктор: – Коллапс режиссера. Я монтировал документальные фильмы Каны Бейсекеева, их проще монтировать, потому что ты более хладнокровно относишься к материалу. А тут всё-таки личная история, ты переживаешь, нет большого опыта в монтаже своих документальных фильмов.

Настя: – Я говорю, может быть, вот тут надо вот так?..

Виктор: – Да, я тоже думал об этом, но сомневался. Получилось, что на прединтервью у нас получилось одно, на самих съёмках – немного другое. Случился tilt (наклон), смещение акцентов. И это смещение закончилось уже во время монтажа. Но в целом основную задачу – рассказать историю и показать разность быта всех трёх героинь, как они жили и к чему в итоге это привело, – мы выполнили.

– Среди трёх женщин, которых вы снимали, лично для тебя, Настя, какая героиня оказалась ближе? Чья история откликается сильнее?

Настя: – Наверное, я поэтому Катю Пен выбрала, потому что она выросла в Казахстане, я тоже здесь жила, она училась в Санкт-Петербурге – я живу в Санкт-Петербурге. Я прекрасно понимаю, как этот город влияет на людей, особенно в юном возрасте, когда приезжаешь из другого города, учишься, растёшь, когда идёт становление личности. Грубо говоря, неосознанная корейская идентичность, но в то же время европейское образование. Я посмотрела «Остров» с ней («Остров корё сарам» на youtube канале), мы познакомились, она рассказала про своё детство, что у неё была няня, и я говорю: «О, у меня тоже была няня». Я видела какую-то схожесть.

Виктор: – А мы сидим такие: «У вас была няня?! Мы таких, как вы, мажорами звали». – Виктор, а для тебя кто из героев ближе?

Виктор: – Для меня – это баба Роза. Если честно, у меня немного личная история получилась. Я живу с бабушкой, ей тоже уже около 90 лет. Последние годы я старался с ней больше разговаривать, мы с ней сидели долго. Я включал диктофон. Она рассказывала мне истории о своих родителях, про то, как они жили на Дальнем Востоке, как они сюда приехали. Я хочу снять художественную драму, полнометражный фильм про свою бабушку, потому что там – нереальная история.

Валентина: – Мне очень близка Маргарита. По комсомольской юности: она училась в Томске, я в Ленинграде, тоже не дома, стройотряды... Чего мы только с ней не вспоминали, это такое родство души и поколения.

– Если бы вы были героями этого фильма, какое блюдо бы приготовили?

Виктор: – Моя коронка – это кукси.

– Серьезно?!

– Меня в детстве научили. Просто я старший в семье. Мама работала. Папа работал. Мне кажется, у всех такая история случалась, когда мама звонит: «Я еду домой, почисти пять картошек средних, лук нарежь. Да, и мясо из холодильника достань». И ты этого не делаешь, а когда слышишь ключ в двери – ты просто быстро всё что надо делаешь за секунды. Так случилось, что когда моя мама выходила за отца, она особо не готовила. Ну их пять сестёр в семье, она самая младшая. Папа её научил готовить, а он очень вкусно готовит. Поэтому мама мне сказала: «Ты учишься готовить, чтобы в итоге научить свою жену готовить тебе блюда, которые ты любишь сам».

– Валя, а ты какое блюдо приготовила бы?

– У меня большая семья. Мой муж казах, и я готовлю много. Наверное, я бы кукси приготовила тоже.

– Почему?
– Потому что когда мама была жива, я не готовила кукси. И моя сестра не готовила. Но вот когда мама ушла... А ты хочешь не куда-то сходить, а поесть дома. Вкус детства... Я начала его готовить и добиваться того вкуса. Вкуса маминого кукси.

Настя: – Если бы я могла, я бы тоже приготовила кукси. Но дело в том, что я не могу ещё воссоздать тот вкус, который мне нравится. Причём вкус не маминого кукси, а который готовит моя тётя. Одна из героинь, это как раз и есть моя тётя, Маргарита, она готовила кукси. Но не привыкшая к камерам, а их было две, она сильно спешила, суетилась. И когда сели за стол, я чувствую, что-то не то. Она мне говорит потом: «Настя, я же обычно пробую мури по десять раз, добавляю там всего, что нужно. А тут я просто закинула, размешала и всё. И не стала опять пробовать». Я говорю: «Ну вот кукси и не получилось».

– Насколько важно вам, молодым, говорить об идентичности?

Настя: – В понятие самоидентичности я вкладываю не этническую принадлежность, а какой я человек, что меня сформировало, и туда входит не только национальность, а культура, культура твоей семьи, культура той страны, в которой ты проживаешь, в том числе твой род деятельности, твои цели, куда ты стремишься, куда ты идёшь, зачем ты идёшь, и это всё, наверное, про идентичность.

– После съёмок фильма ты ответила себе на вопросы: кто я, куда и зачем?

– Я, наверное, ответила на эти вопросы ещё до фильма, почему, собственно, и возникла идея поделиться опытом и донести свои идеи до других, чтобы кто-то задумался об этих вопросах и, может быть, нашёл ответы. Я наблюдаю одинаковые паттерны у разных национальностей, проживающих в разных странах, не только у зарубежных корейцев, но и у русских, казахов, которые уехали в Европу, Штаты. Происходит всё одинаково, было это 10 или 30 лет назад.

Виктор: – Кто-то должен посмотреть и понять, что на самом деле – это обо Мне.

Владимир ХАН