Белый цвет занимает особое место в истории и быту Кореи и часто воспринимается двояко. С одной стороны, он ассоциируется с честностью, невинностью и скромностью. Во многих деревнях и городах до середины XX века большинство корейцев шло по жизни в белом: хлопчатобумажный или льняной традиционный ханбок был повседневной одеждой, а цветные наряды – лишь для праздников и свадеб. Этот выбор давал повод называть себя «народом в белом» (백의민족). Практические причины тоже играли роль: красителей было немного и большинство крестьян отбеливали ткань самостоятельно. Белую одежду было легче поддерживать в чистоте после работы в поле, и это еще больше укрепило связь белого с простой жизнью народа. Уже в III веке нашей эры китайские хроники упоминали, что корейцы княжества Пуё «почитали белый цвет, носили отбеленные льняные одежды».
Белый цвет отождествлялся в Корее и с высоким идеалом чистоты духа. Издревле корейцы видели в нем нечто незапятнанное и первозданное. Прославленные фарфоровые лунные вазы эпохи Чосон (달항아리) с гладкой матовой белой поверхностью воплощают идеи искренности и гармонии с природой. Даже национальный флаг Кореи (태극기) с белым фоном символизирует мир, благородство и порядочность народа. В литературе и фольклоре белый цвет часто упоминается в связи с началом жизни, невинностью ребенка и чистым сердцем. Корейский язык также отражает культурные смыслы цвета даже в обыденной речи. Есть и выражение 백색의 마음, то есть «белое сердце». Это означает чистую, незамутненную душу, свободную от лжи и злобы. Такими словами описывали честного человека, ребенка или мудреца.
В цветовой системе обангсэк (오방색 – пять первостепенных цветов) белый соответствует Западу и металлу, однако для корейцев этот цвет вышел за эти рамки и стал символом честности и порядка. В буддизме белый цвет символизирует чистоту и просветление, а в конфуцианстве – нравственную добродетель и уважение к старшим. Высокопоставленные чиновники и религиозные деятели на церемониях нередко появлялись в белом, подчеркивая безукоризненность своих помыслов и намерений.
Одновременно белый цвет ассоциировался у корейцев со смертью и скорбью. В Корее он считается классическим траурным цветом: на алтарях ставили только белые цветы – главная траурная хризантема у корейцев белая. Особое значение имел погребальный саван – 수의 (суи). Его шили заранее, еще при жизни, особенно в старшем возрасте. Это был важный элемент подготовки к смерти: человек как бы сам создавал для себя «одежду последнего пути». Этот саван всегда был белым – чистым, без следа мирской роскоши. В нем покойного и хоронили. Белое в трауре не подчеркивало скорбь, а выражало уважение к естественности цикла жизни и смерти. Когда в семье умирал кто-то из родных, все ближайшие родственники надевали траурную белую одежду – простую, без украшений, зачастую из грубой ткани. Это был жест смирения и уважения.
По буддизму же белый часто ассоциируется с бессмертным светом и трансцендентностью, подчеркивая идею бесконечного обновления жизни.
Во время японской оккупации XX века обычай носить белую одежду приобрел политический окрас – колониальные власти осуждали его как признак корейского упрямства и вечного траура. Особенно активно борьба за белое обострилась в 1920–30-х годах, когда японские власти начали называть белый цвет «антисанитарным» и «непригодным для современного государства». В 1925 году был издан приказ, запрещающий ношение белой одежды в публичных местах. За нарушение – штраф. На улицах Сеула появлялись специальные патрули, которые следили за тем, чтобы у прохожих не было белых костюмов. В школах вводились униформы темных цветов. Но корейцы не сдавались. Белый стал формой гражданского неповиновения. Женщины продолжали стирать белые ткани у реки, отбеливая их вручную рисовым крахмалом. Одежду прятали, переодевались уже за пределами городов, устраивали «белые дни» в селах. В японской прессе того времени даже появилось выражение «белая угроза Кореи». И действительно, на фоне черной униформы японских солдат фигура крестьянина или женщины в белом ханбоке становилась символом внутренней свободы. Она говорила без слов: «Мы – народ в белом» (백의민족).
С конца XX века роль белого цвета в Корее продолжает эволюционировать. Индустриализация и мода внесли свои коррективы: людей уже не заставляют носить только белое, а на современных похоронах часто можно увидеть привычные черные костюмы (хотя алтари по-прежнему украшают белоснежные ткани и цветы). Зато цвет обрел новое значение праздника. Белый в свадебной моде Кореи – это интересный культурный компромисс. Раньше на корейской свадьбе невеста надевала красный ханбок, символизирующий женское начало. С конца XX века Корея переняла западную традицию: невеста в белом платье – символ невинности, чистоты, начала новой жизни. Белоснежная фата, атлас – все это пришло из Европы и США. Под влиянием Запада все больше корейских невест выбирают белые платья или даже белые свадебные ханбоки – такой тренд символизирует соединение традиций и современности.
Аналогично переосмыслен белый цвет и в K-РОР- индустрии. Айдолы в белых костюмах или воздушных платьях – зрелище почти ангельское. Белый стал визуальным кодом чистоты, непостижимости, отстраненности от реальности. Он создает мечтательный, эфемерный образ: как будто перед зрителем не живой человек, а действительно идол.
В современной Корее белый цвет обрел новую жизнь – он стал визитной карточкой минималистичного стиля, который сейчас доминирует как в одежде, так и в дизайне интерьеров. Особенно среди молодежи, увлекающейся философией slow life и capsule wardrobe, белый стал символом элегантности. В интерьере белый – это не только удачный цвет стен, но и пространство для дыхания, способ очистить комнату от визуального шума. Сейчас многие квартиры, офисы и даже кафе оформлены в белых или кремовых тонах, часто с деревянными или каменными акцентами.
Белый цвет в корейской культуре остается многозначным. Он одновременно напоминает о тысячелетних идеалах невинности и о глубокой скорби по ушедшим. Корейцы до сих пор встречают и радость, и печаль в одном обличье – будь то восход новой жизни или золотой закат прожитой судьбы. Белый в Корее – это и жизнь, и смерть, переплетающиеся в одном цвете. Для иностранцев такой дуализм может показаться парадоксальным, однако для корейцев он символизирует одновременно несколько сакральных понятий. И в этом есть его красота.
Элина СОН

