У хлебных магазинчиков с протянутой рукой, на бетонных ступеньках с плачущими грудничками на руках, вдоль разделительных полос на оживленных трассах, в автобусах с душераздирающими надписями на табличках: «Помогите, голодают дети!!!».   Мы встречаем их всюду – людей разных возрастов и национальностей, нуждающихся в нашей помощи, взывающих к нашим сердцам. Что говорить, по сравнению с ними мы просто богачи, у которых есть работа и какой-никакой доход, уют и тепло дома, накормленные и отправленные в школу дети и так далее. Как-то не по себе становится от мгновенного невольного сравнения уровней жизни. Но ведь частью поэтому коробит немного и тянется рука в сумку: «Да неужели же я не могу подать какие-то деньги – пусть он (она) хотя бы поест досыта, пусть хотя бы хлеба себе купит». И подаем, и помогаем. Да не оскудеет рука дающего! Да не очерствеют наши сердца! И, уверяю вас, народ у нас в целом милосердный. Вот только случаи, как, впрочем, сама жизнь, бывают всякие.

История, которую я вам хочу поведать, наверное, банальна и, наверное, подобные случаи могут вспомнить многие из вас, дорогие читатели. Но вот то, что эта история поучительна и подтверждает истину: «Век живи, век учись», в смысле умения разбираться в людях в том смысле, что все равно «наступишь на одни и те же грабли», коль ты не плывешь по ее течению, думая лишь о собственном благополучии, а помогаешь выплыть рядом плывущим живым существам – это точно. 

Итак.

… Прохладным декабрьским утром шел мимо родной Академии спорта и туризма ветеран вуза и прославленный казахстанский спортсмен и тренер, имя которого известно не только в нашей стране, но и далеко за ее пределами, Май Унденович Хван. 

Здесь не могу без отступления. Мая Унденовича, разменявшего восьмой десяток, неравнодушного ко всему происходящему, добрейшего человека отличает еще и неравнодушие к простым, даже незнакомым людям, попавшим в трудную жизненную ситуацию. Я знаю случаи из его жизни, когда он, будучи в Москве, помог в метро совсем незнакомому парню, который случайно попал в руки правоохранительных органов. Так бывает… Май Унденович помог ему, и тот до сих пор время от времени шлет ему sms-ки…

Так вот, шагая по улице Алматы, ветеран увидел перед собой молодого худощавого парня, корейца, с табличкой на груди: «Помогите слепому!». Май Унденович остановился, познакомился и спросил: «Почему ты здесь стоишь?». Ему вдруг стало не по себе от одной только мысли о том, что вот здесь стоит голодный одинокий его соплеменник, который нуждается в элементарной помощи, а у нас в Алматы столько корейцев и столько его однофамильцев, что странно, почему он вообще здесь до сих пор стоит. Май Унденович повел Сергея Пака (так представился молодой человек с опущенными худыми плечами) в кафе, что находится рядом с академией, накормил его, попросил друзей из Центрального бассейна предоставить парню возможность принять душ. Затем дал ему свои вещи, которые были необходимы Сергею, и договорился в кафе, чтобы его здесь кормили, а счет предоставили Маю Унденовичу. И так до тех пор, пока не будет найдена возможность оказать терпящему бедствие парню реальную помощь. 

На следующий день Май Унденович сообщил о положении Сергея старейшинам АКНЦ. В короткое время вокруг Сергея Пака возникла целая деятельность по его спасению: Не алматинец, доверчивый парень, скорее, всего попал в руки мошенников, которые на таких зарабатывают деньги, ему нужна срочная операция, ему нужно теплое помещение, так как на пороге холодный январь, а главное – никак нельзя без документов… Впрочем, трудно разобрать, что же здесь самое главное. К Маю Унденовичу присоединились Алла Романовна Ким, Алексей Тимофеевич Пак и другие. В кратчайшее время обули Сергея, одели  на него теплую куртку, купили специальную трость для слабовидящих. А  главное – удалось выйти на Алматинский центр социальной адаптации для лиц, не имеющих определенного места жительства. Это единственное в городе специальное учреждение, основное предназначение которого – социальная адаптация и реабилитация. Жить там можно было бы около года. 

Специалисты этого центра признаны помочь в восстановлении документов. Для группы милосердных корейцев главное успокоение было уже в том, что Сергею наконец-то предстояло ночевать в нормальных условиях и можно будет не переживать за то, что теперь их подопечный, такой беспомощный физически, окажется на улице вновь... 

19 декабря. Еще не холодно, но уже тревожно. За каждую ночь, за каждый час, проведенные на улице. Старейшины срочно нашли  машину, чтобы отвезти Сергея в Центр. Водитель приезжает в назначенное время и место – Сергея нет. Несколько дней кряду никто его не видит. На связь он не выходит, навели кое-какие справки – данных о таком человеке нет ни в Таразе, ни в Алматы. Самое время рассказать и о роли редакции в этой истории. Когда от Мая Унденовича мы узнали о Сергее, решили с ним встретиться тоже в том декабре 2017 года, в том самом кафе, куда старейшины определили на пропитание Сергея. Мы, журналисты «Коре Ильбо», со своей стороны хотели срочно дать в газете материал, призывающий к реальной помощи: вдруг кто-то ищет Сергея, не может быть, чтобы о нем никто ничего не знал. Газета могла прояснить ситуацию, а если все так плохо и человек одинок, то всем миром можно было помочь сделать ему операцию, стоимость которой он сам назвал по телефону. 200 тысяч тенге – не такая уж большая сумма.

Итак, интервью, которое остановило нас давать срочную публикацию.

– Как вы оказались в беде, Сергей?

– Меня посадили на автобус в Таразе, где я жил раньше. В Алматы мне должны были сделать операцию. У меня была черная дорожная сумка. В ней документы и деньги. На вокзале меня должны были встретить и не встретили. Я лег спать на лавочке и у меня украли сумку.

– Вас не встретили. А где планировалась операция?

– Это знал тот, кто должен был меня встретить.

– Где жили?

– В течение месяца, все вечера подряд проводил в компьютерном клубе, днем попрошайничал.

– Из клуба не выгоняли?

– Иногда бывало. Там, если завоняешь, уже – выгонят точно, а так нет. Везде же люди, можно всегда договориться.

– Голодали?

– Бывало и такое, но в основном люди в городе добрые – подают. 

– Вы от рождения слепой?

– Нет, я зрячим был. Водил машину. Три раза со мной случались аварии. На четвертый раз, в 19 лет, сильно покалечился, и зрение стало падать.

– Вы совсем не видите?

– У меня один процент зрения. Свет только, слабые силуэты.  

– Вам только 37 лет. Вы же где-то выросли. Родные, мама, наверное, жива?

– Она тоже пропала без вести. Она одна меня воспитывала. Отец – пьяница, выгнал ее со мной на руках на улицу… Я его не помню, но если бы встретил, убил бы за маму.

– Давайте мы поможем найти вашу мать. Как ее зовут, где она жила, работала, можете сказать?

– Нет, нет, вы мою маму не беспокойте, она не должна ничего обо мне знать. Выкручусь, потом.

– Можно быстрее помочь вам восстановить документы, если бы удалось найти ваших близких, понимаете? Давайте я вас сфотографирую, разместим материал в газете, кто-нибудь откликнется.

– Меня?! В таком виде?! Ни в коем случае! Ничего не пишите, не снимайте меня, будет только хуже. Мне только теплые ботинки сейчас бы, да денег на операцию, да в тепло бы куда-нибудь. Я же не просил в газету! 

– А если мы поможем вам билет купить до Тараза?

– Я ненавижу Тараз и никогда туда не поеду! А вот эту штуку, диктофон, вы же меня записываете (?), уберите. Я знаю вас, журналистов! Был опыт общения. Я тогда разбил эту штуку, диктофон. Но с вашей газетой так не могу…

– Спасибо на добром слове. Хотя, если бы вы, Сергей, не были слепым, я бы вам сказала…

– Что?

– Я бы спросила у вас, как докатились вы до такой жизни, почему вы оказались на таком дне, например. Потому что, честно вам скажу, корейцев таких не встречала…  Все ваши соплеменники  трудятся не покладая рук, им совестно просить о помощи. Во все времена, всегда они вели себя достойно. Как журналист, могу привести очень много положительных примеров. Есть у нас сильный духом ваш тезка Сергей Сон, который получил увечье на работе. Он не ходит, ему отказывают руки, но до недавнего времени руководил кукольным театром… У вас руки-ноги есть, голова на плечах. Поверьте, ситуации бывают хуже… Но вы себя считаете очень беспомощным и вы одиноки в нашем городе, поэтому мне стыдно вам это говорить. Вам помогают такие люди, а вы ведете себя как капризный ребенок.

– Вот эта прямота мне нравится. Я согласен с вами…

Дальше мы говорили о том, что он должен непременно дождаться машины и он  …пропал. Конечно, сердобольные наши ветераны не оставили бы эту историю незавершенной, тем более что есть везде те, кто готов прийти на помощь и помогающим тоже. Например, тот же Май Унденович с выпускниками разных лет, в числе которых только мастеров спорта – более ста человек. Все они трудятся в разных отраслях, есть и те, кто в той должности, где информацию найти не трудно. Но совсем недавно, накануне крещенских морозов, наш «герой» объявился сам. Пришел уже без тросточки в библиотеку к Алле Романовне: «Мне сделали операцию, и я теперь вижу! Спасибо вам всем за помощь! Больше мне помогать не надо, не ищите меня. 18 января я приглашаю вас на свадьбу». И не ищут. Звонили по двум телефонам Сергея и мы. Тщетно.

Думаю, что о финальной сцене в библиотеке писать не стоит. Она была похожа на сцену в «Ревизоре» Н.В. Гоголя. Только разница одна. В бессмертной комедии классика русской литературы осмеяны и наказаны те, кто этого заслуживал, а вот в нашей истории непорядочный мужчина, который в сыновья, а некоторым и во внуки годится, посмеялся над тем, над чем смеяться грех – над искренними чувствами людей, желающих помочь, переживших в жизни столько горестей, что хватило бы не на одну жизнь…

Что же это все-таки было? Вот и я теперь, подавая милостыню на улице или в автобусе, все чаще заглядываю в глаза просящему и молящему о помощи. Кто передо мною? Физически и морально изможденный человек, действительно нуждающийся в помощи, или освоивший новый способ получать деньги профессионал, который по-другому на жизнь зарабатывать просто не хочет?

 

 Тамара ФАЗЫЛОВА